nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Судьба защитников гетто на «арийской стороне»



Жизнь на «арийской стороне» превратилась в ад. Каждый день мы теряли укрытия и людей, земля буквально горела у нас под ногами.

Судьба выживших защитников гетто сложилась крайне трагично. Около семидесяти из них через канализацию удалось выбраться на «арийскую сторону», и подпольщики (*** поляки ***) среди бела дня увезли их из города в крытых грузовиках в Ломянский лес недалеко от Варшавы. И оставили там. Ломянский лес – густые низкие сосны. Местные крестьяне, боясь, что их обвинят в укрывательстве евреев, грозили сдать их немцам, если они не уберутся сами. Плюс над ними постоянно висела угроза немцкой облавы, немцы в любой момент могли окружить лес и всех их убить.

Мы лихорадочно искали им укрытия, заново перелопачивали все возможные контакты с польскими партизанами. Найти жильё в домах поляков стало теперь почти невозможно. Мы ощущали себя в полной изоляции. И опять, как и в дни восстания, мы были бессильны, неспособны спасти жизни тех немногих, кто пережил страшную агонию гетто.

Героизм восставшего гетто потряс польское подполье, нелегальные издания превозносили мужество евреев и пели хвалу их силе и стойкости. Но этим всё и закочилось. Не было оказано почти никакой практической помощи – ни в часы последней смертельной схватки, ни, разумеется, теперь. Вместо этого мы столкнулись с типичным польским безразличием к судьбе евреев.

Шли дни. Варшава, давшая кров тысячам подпольщиков-поляков, оказалась не в состоянии приютить горстку выживших бойцов гетто.

Read more... )
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Судьба защитников гетто на «арийской стороне»



Жизнь на «арийской стороне» превратилась в ад. Каждый день мы теряли укрытия и людей, земля буквально горела у нас под ногами.

Судьба выживших защитников гетто сложилась крайне трагично. Около семидесяти из них через канализацию удалось выбраться на «арийскую сторону», и подпольщики (*** поляки ***) среди бела дня увезли их из города в крытых грузовиках в Ломянский лес недалеко от Варшавы. И оставили там. Ломянский лес – густые низкие сосны. Местные крестьяне, боясь, что их обвинят в укрывательстве евреев, грозили сдать их немцам, если они не уберутся сами. Плюс над ними постоянно висела угроза немцкой облавы, немцы в любой момент могли окружить лес и всех их убить.

Мы лихорадочно искали им укрытия, заново перелопачивали все возможные контакты с польскими партизанами. Найти жильё в домах поляков стало теперь почти невозможно. Мы ощущали себя в полной изоляции. И опять, как и в дни восстания, мы были бессильны, неспособны спасти жизни тех немногих, кто пережил страшную агонию гетто.

Героизм восставшего гетто потряс польское подполье, нелегальные издания превозносили мужество евреев и пели хвалу их силе и стойкости. Но этим всё и закочилось. Не было оказано почти никакой практической помощи – ни в часы последней смертельной схватки, ни, разумеется, теперь. Вместо этого мы столкнулись с типичным польским безразличием к судьбе евреев.

Шли дни. Варшава, давшая кров тысячам подпольщиков-поляков, оказалась не в состоянии приютить горстку выживших бойцов гетто.

Read more... )
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Рассказывают участники восстания.



[На одиннадцатый день восстания двоим друзьям Владки удалось через канализацию выбраться из гетто. Это были Зигмунт (*** Залман Фридрих: http://one-way.livejournal.com/495366.html#otreblinke ***) и Казик (*** Симха Ротем: http://boti.ru/node/84155 ***). Казик пару ночей спал на квартире у Владки. Вот, что он ей рассказал.]

На второй день восстания Казик был в составе группы, охранявшей мину, зарытую против входа на фабрику щеток. Сидя в засаде, они смотрели, как приближается отряд немцев, и, когда те подошли к самым воротам, Казик по приказу командира группы соеденил провода. От взрыва содрогнулось гетто, и чуть не обвалился потолок здания, где прятались бойцы. Железные каски и человеческие тела полетели вперемешку с грязью, пылью, деревянными обломками и стеклом. Убитых и раненых немцев раскидало по улице.

После этого враг стал осторожнее. Эсэсовцы атаковали позицию Казика, прижимаясь к стенам домов. Их встретили гранатами и бутылками с зажигательной смесью – и они отступили. «Но это еще не всё.»

19-го апреля части немцев, украинцев, литовцев и поляков окружили гетто. Осада, целью которой была полная и окончательная депортация евреев из Варшавы, готовилась под покровом темноты. Но эти приготовления заметили часовые гетто и сообщили о них в штаб восстания, откуда был дан приказ всем отрядам занять боевые позиции: пять групп под началом Марека Эдельмана в районе фабрики щеток по улицам Францисканска и Валова; восемь групп Элиезера Геллера в районе немецких мастерских по улицам Лешно, Новолипки и Смоча; и девять отрядов в центральном гетто под командованием Захарии Артштейна – на улицах Геся, Заменхоф, Мила и Налевки. Штаб-квартира под командованием Мордехая Анилевича находилась в бункере по адресу Мила 18. Повсюду сновали курьеры, предупреждали население об облаве и призывали к сопротивлению. Этой ночью всё гетто попряталось в укрытиях – в подвалах, бункерах, в тайниках и на чердаках. И приготовилось к неизбежному.

Read more... )
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Рассказывают участники восстания.



[На одиннадцатый день восстания двоим друзьям Владки удалось через канализацию выбраться из гетто. Это были Зигмунт (*** Залман Фридрих: http://one-way.livejournal.com/495366.html#otreblinke ***) и Казик (*** Симха Ротем: http://boti.ru/node/84155 ***). Казик пару ночей спал на квартире у Владки. Вот, что он ей рассказал.]

На второй день восстания Казик был в составе группы, охранявшей мину, зарытую против входа на фабрику щеток. Сидя в засаде, они смотрели, как приближается отряд немцев, и, когда те подошли к самым воротам, Казик по приказу командира группы соеденил провода. От взрыва содрогнулось гетто, и чуть не обвалился потолок здания, где прятались бойцы. Железные каски и человеческие тела полетели вперемешку с грязью, пылью, деревянными обломками и стеклом. Убитых и раненых немцев раскидало по улице.

После этого враг стал осторожнее. Эсэсовцы атаковали позицию Казика, прижимаясь к стенам домов. Их встретили гранатами и бутылками с зажигательной смесью – и они отступили. «Но это еще не всё.»

19-го апреля части немцев, украинцев, литовцев и поляков окружили гетто. Осада, целью которой была полная и окончательная депортация евреев из Варшавы, готовилась под покровом темноты. Но эти приготовления заметили часовые гетто и сообщили о них в штаб восстания, откуда был дан приказ всем отрядам занять боевые позиции: пять групп под началом Марека Эдельмана в районе фабрики щеток по улицам Францисканска и Валова; восемь групп Элиезера Геллера в районе немецких мастерских по улицам Лешно, Новолипки и Смоча; и девять отрядов в центральном гетто под командованием Захарии Артштейна – на улицах Геся, Заменхоф, Мила и Налевки. Штаб-квартира под командованием Мордехая Анилевича находилась в бункере по адресу Мила 18. Повсюду сновали курьеры, предупреждали население об облаве и призывали к сопротивлению. Этой ночью всё гетто попряталось в укрытиях – в подвалах, бункерах, в тайниках и на чердаках. И приготовилось к неизбежному.

Read more... )
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Рассказывают участники восстания.



[На одиннадцатый день восстания двоим друзьям Владки удалось через канализацию выбраться из гетто. Это были Зигмунт (*** Залман Фридрих: http://one-way.livejournal.com/495366.html#otreblinke ***) и Казик (*** Симха Ротем: http://boti.ru/node/84155 ***). Казик пару ночей спал на квартире у Владки. Вот, что он ей рассказал.]

На второй день восстания Казик был в составе группы, охранявшей мину, зарытую против входа на фабрику щеток. Сидя в засаде, они смотрели, как приближается отряд немцев, и, когда те подошли к самым воротам, Казик по приказу командира группы соеденил провода. От взрыва содрогнулось гетто, и чуть не обвалился потолок здания, где прятались бойцы. Железные каски и человеческие тела полетели вперемешку с грязью, пылью, деревянными обломками и стеклом. Убитых и раненых немцев раскидало по улице.

После этого враг стал осторожнее. Эсэсовцы атаковали позицию Казика, прижимаясь к стенам домов. Их встретили гранатами и бутылками с зажигательной смесью – и они отступили. «Но это еще не всё.»

19-го апреля части немцев, украинцев, литовцев и поляков окружили гетто. Осада, целью которой была полная и окончательная депортация евреев из Варшавы, готовилась под покровом темноты. Но эти приготовления заметили часовые гетто и сообщили о них в штаб восстания, откуда был дан приказ всем отрядам занять боевые позиции: пять групп под началом Марека Эдельмана в районе фабрики щеток по улицам Францисканска и Валова; восемь групп Элиезера Геллера в районе немецких мастерских по улицам Лешно, Новолипки и Смоча; и девять отрядов в центральном гетто под командованием Захарии Артштейна – на улицах Геся, Заменхоф, Мила и Налевки. Штаб-квартира под командованием Мордехая Анилевича находилась в бункере по адресу Мила 18. Повсюду сновали курьеры, предупреждали население об облаве и призывали к сопротивлению. Этой ночью всё гетто попряталось в укрытиях – в подвалах, бункерах, в тайниках и на чердаках. И приготовилось к неизбежному.

Read more... )
nyat: (Buchenwald survivors kids)
несколько свадебных фотографий




Свадьба Анны и Бено Вогель.
Чехословакия, скорее всего Прага, 1938.


***
+++ )
nyat: (Buchenwald survivors kids)
несколько свадебных фотографий




Свадьба Анны и Бено Вогель.
Чехословакия, скорее всего Прага, 1938.


***
+++ )
nyat: (Buchenwald survivors kids)
несколько свадебных фотографий




Свадьба Анны и Бено Вогель.
Чехословакия, скорее всего Прага, 1938.


***
+++ )
nyat: (Default)
Все документы из архива Мемориального Музея Катастрофы: http://www.ushmm.org/research/collections/



Полковник Хосе Артуро Кастельянос Контрерас – генеральный консул республики Сальвадор в Женеве с 1941-го по 1945-й год. Издал больше десятка тысяч липовых документов, удостоверявших сальвадорское гражданство евреев по всей оккупированной Европе. Владелец такого документа находился под защитой Красного Креста, а позже еще и швейцарского консульства в Будапеште. Теперь-то про полковника Кастельяноса знают все, много где можно о нем прочитать, и Яд ва-Шем присвоил ему пару лет назад звание праведника мира, а при жизни он себя не афишировал. Не жизнью же он, в самом деле, рисковал. Просто у него был друг-еврей, еще с довоенных времен. И глядя, каково тому теперь приходится (а приходилось буквально без передышки бежать от погони), полковник решил помочь.

Друга – его звали Джордж Мандл – Хосе Кастельянос взял на работу к себе в женевское консульство на специально для него созданную должность «первого секретаря» и выдал ему и его семье сальвадорские паспорта, в которых фамилия Мандл поменялась на аутентичное Мантелло. А вскоре, начиная с 1942-го года, консульство принялось за массовое производство удостоверений гражданства республики Сальвадор для евреев из стран, оккупированных нацистами.

Это были фальшивые удостоверения – их владельцы не были гражданами Сальвадора. И это были подлинные документы – выданные официальными чиновниками, сальвадорскими дипломатами, на настоящих бланках, подписанные самим «первым секретарем» и заверенные подлинной печатью! И по запросу в генеральное консульство вам ответят, что да, разумеется – документы настоящие.

Росла и ширилась сальвадорская еврейская диаспора в Европе. Всё это делалось абсолютно бесплатно, заверенные фотокопии доставлялись адресатам связными еврейского подполья, почтой Швейцарии и дипломатами нейтральных стран. Отношение к ним и даваемые ими гарантии оказались разными в зависимости от страны. В большинстве стран восточной Европы они были почти бесполезны, но, например, в Дании «граждан Сальвадора» вместо Собибора и Освенцима отправляли в специальную секцию Берген-Бельзена, а по свидетельству из Бельгии – не депортировали вообще. Но сильнее всего эти документы помогли венгерским евреям – после того, как Будапешт признал нейтральную Швейцарию официальным представителем интересов Сальвадора в Венгрии, и сотни заверенных бланков с печатями были посланы швейцарскому консулу Карлу Лутцу.

Под катом – они, родимые. Фальшивые документы. Подлинные свидетельства беды и неравнодушия к ней. Все эти люди на фотографиях – для каждого из них эта бумажка означала надежду. Для одних она оправдалась, а для других – нет.

много )

А это сам «первый секретарь», чья подпись стоит под каждым удостоверением.
Джордж Мандл-Мантелло:

Read more... )

В мае 1944-го румынский дипломат-антифашист Флориан Манолиу собственноручно доставил удостоверения сальвадорского гражданства в трансильванскую Бистрицу – родителям Джорджа Мандла. Манолиу опоздал на несколько дней – всех евреев Бистрицы уже отправили в Освенцим.

По окончании войны полковника Кастельяноса перевели в Лондон, а еще через несколько лет он ушел в отставку, уехал с женой и тремя дочерьми домой в Сальвадор и умер в неизвестности в 1977-м году.
nyat: (Default)
Все документы из архива Мемориального Музея Катастрофы: http://www.ushmm.org/research/collections/



Полковник Хосе Артуро Кастельянос Контрерас – генеральный консул республики Сальвадор в Женеве с 1941-го по 1945-й год. Издал больше десятка тысяч липовых документов, удостоверявших сальвадорское гражданство евреев по всей оккупированной Европе. Владелец такого документа находился под защитой Красного Креста, а позже еще и швейцарского консульства в Будапеште. Теперь-то про полковника Кастельяноса знают все, много где можно о нем прочитать, и Яд ва-Шем присвоил ему пару лет назад звание праведника мира, а при жизни он себя не афишировал. Не жизнью же он, в самом деле, рисковал. Просто у него был друг-еврей, еще с довоенных времен. И глядя, каково тому теперь приходится (а приходилось буквально без передышки бежать от погони), полковник решил помочь.

Друга – его звали Джордж Мандл – Хосе Кастельянос взял на работу к себе в женевское консульство на специально для него созданную должность «первого секретаря» и выдал ему и его семье сальвадорские паспорта, в которых фамилия Мандл поменялась на аутентичное Мантелло. А вскоре, начиная с 1942-го года, консульство принялось за массовое производство удостоверений гражданства республики Сальвадор для евреев из стран, оккупированных нацистами.

Это были фальшивые удостоверения – их владельцы не были гражданами Сальвадора. И это были подлинные документы – выданные официальными чиновниками, сальвадорскими дипломатами, на настоящих бланках, подписанные самим «первым секретарем» и заверенные подлинной печатью! И по запросу в генеральное консульство вам ответят, что да, разумеется – документы настоящие.

Росла и ширилась сальвадорская еврейская диаспора в Европе. Всё это делалось абсолютно бесплатно, заверенные фотокопии доставлялись адресатам связными еврейского подполья, почтой Швейцарии и дипломатами нейтральных стран. Отношение к ним и даваемые ими гарантии оказались разными в зависимости от страны. В большинстве стран восточной Европы они были почти бесполезны, но, например, в Дании «граждан Сальвадора» вместо Собибора и Освенцима отправляли в специальную секцию Берген-Бельзена, а по свидетельству из Бельгии – не депортировали вообще. Но сильнее всего эти документы помогли венгерским евреям – после того, как Будапешт признал нейтральную Швейцарию официальным представителем интересов Сальвадора в Венгрии, и сотни заверенных бланков с печатями были посланы швейцарскому консулу Карлу Лутцу.

Под катом – они, родимые. Фальшивые документы. Подлинные свидетельства беды и неравнодушия к ней. Все эти люди на фотографиях – для каждого из них эта бумажка означала надежду. Для одних она оправдалась, а для других – нет.

много )

А это сам «первый секретарь», чья подпись стоит под каждым удостоверением.
Джордж Мандл-Мантелло:

Read more... )

В мае 1944-го румынский дипломат-антифашист Флориан Манолиу собственноручно доставил удостоверения сальвадорского гражданства в трансильванскую Бистрицу – родителям Джорджа Мандла. Манолиу опоздал на несколько дней – всех евреев Бистрицы уже отправили в Освенцим.

По окончании войны полковника Кастельяноса перевели в Лондон, а еще через несколько лет он ушел в отставку, уехал с женой и тремя дочерьми домой в Сальвадор и умер в неизвестности в 1977-м году.
nyat: (Default)
Все документы из архива Мемориального Музея Катастрофы: http://www.ushmm.org/research/collections/



Полковник Хосе Артуро Кастельянос Контрерас – генеральный консул республики Сальвадор в Женеве с 1941-го по 1945-й год. Издал больше десятка тысяч липовых документов, удостоверявших сальвадорское гражданство евреев по всей оккупированной Европе. Владелец такого документа находился под защитой Красного Креста, а позже еще и швейцарского консульства в Будапеште. Теперь-то про полковника Кастельяноса знают все, много где можно о нем прочитать, и Яд ва-Шем присвоил ему пару лет назад звание праведника мира, а при жизни он себя не афишировал. Не жизнью же он, в самом деле, рисковал. Просто у него был друг-еврей, еще с довоенных времен. И глядя, каково тому теперь приходится (а приходилось буквально без передышки бежать от погони), полковник решил помочь.

Друга – его звали Джордж Мандл – Хосе Кастельянос взял на работу к себе в женевское консульство на специально для него созданную должность «первого секретаря» и выдал ему и его семье сальвадорские паспорта, в которых фамилия Мандл поменялась на аутентичное Мантелло. А вскоре, начиная с 1942-го года, консульство принялось за массовое производство удостоверений гражданства республики Сальвадор для евреев из стран, оккупированных нацистами.

Это были фальшивые удостоверения – их владельцы не были гражданами Сальвадора. И это были подлинные документы – выданные официальными чиновниками, сальвадорскими дипломатами, на настоящих бланках, подписанные самим «первым секретарем» и заверенные подлинной печатью! И по запросу в генеральное консульство вам ответят, что да, разумеется – документы настоящие.

Росла и ширилась сальвадорская еврейская диаспора в Европе. Всё это делалось абсолютно бесплатно, заверенные фотокопии доставлялись адресатам связными еврейского подполья, почтой Швейцарии и дипломатами нейтральных стран. Отношение к ним и даваемые ими гарантии оказались разными в зависимости от страны. В большинстве стран восточной Европы они были почти бесполезны, но, например, в Дании «граждан Сальвадора» вместо Собибора и Освенцима отправляли в специальную секцию Берген-Бельзена, а по свидетельству из Бельгии – не депортировали вообще. Но сильнее всего эти документы помогли венгерским евреям – после того, как Будапешт признал нейтральную Швейцарию официальным представителем интересов Сальвадора в Венгрии, и сотни заверенных бланков с печатями были посланы швейцарскому консулу Карлу Лутцу.

Под катом – они, родимые. Фальшивые документы. Подлинные свидетельства беды и неравнодушия к ней. Все эти люди на фотографиях – для каждого из них эта бумажка олицетворяла надежду. Для одних она оправдалась, а для других – нет.

много )

А это сам «первый секретарь», чья подпись стоит под каждым удостоверением.
Джордж Мандл-Мантелло:

Read more... )

В мае 1944-го румынский дипломат-антифашист Флориан Манолиу собственноручно доставил удостоверения сальвадорского гражданства в трансильванскую Бистрицу – родителям Джорджа Мандла. Манолиу опоздал на несколько дней – всех евреев Бистрицы уже отправили в Освенцим.

По окончании войны полковника Кастельяноса перевели в Лондон, а еще через несколько лет он ушел в отставку, уехал с женой и тремя дочерьми домой в Сальвадор и умер в неизвестности в 1977-м году.
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Когда горело гетто...



...Варшава изумлялась четыре дня подряд.


Предполагалось, что немцы подождут до конца апреля, а то и до мая, но точно никто не знал. В любую минуту надо было быть готовыми к бою.

Утром 19-го апреля, в канун Песаха, в гетто грянула орудийная канонада. Залпы были оглушительными, от взрывов дрожала земля. Гетто окружили войска. Специальные части СС выстроились в полной боевой готовности. С балконов, из окон, и с крыш домов напротив Стены нацелили пулеметы. Немецкие мотоциклетные патрули оцепили улицы вокруг гетто.
Битва началась.

Восстание, к которому мы все так готовились, застигло нас врасплох. Не сговариваясь группа подпольщиков на «арийской стороне», включавшая кроме прочих Целека и меня, собралась на одной из явочных квартир. Мы решили раздобыть себе оружие и прорываться в гетто сквозь немецкое оцепление. Миколаю (*** Миколай Березовский – связной с польским подпольем ***) было поручено договорться об оружии с поляками, и мы ждали их ответа.

Наступило короткое затишье, но к полудню бой возобновился. По Бонифратерской, Мурановской и по Красинского подвезли артиллерию, поливавшую гетто шквалом огня. Юнкерсы, блестя на солнце, то кружили стервятниками, то устремлялись вниз. Мурановская пылала, и на севере ее в небо поднимался огромный столб дыма. Каждые несколько минут земля содрогалась от взрывов, разбивались вдребезги окна, и обваливались дома.

Я взглянула в сторону Свентоерской улицы. Туда, на то, что осталось от фабрики щеток, нацелили пулеметы. Очевидно немцы столкнулись там с сильным сопротивлением; очередь за очередью, пулеметы не умолкали. Мне было видно руины знакомых зданий, обрушившиеся этажи, огромные проломы в стенах, столбы поднимавшейся в небо пыли.

Вдруг город потряс оглушительный взрыв – громче всего, слышанного нами до сих пор.

По улице Налевки к Стене прогрохотали танки. Тысячи поляков столпились на улицах и наблюдали за схваткой. Они стеклись со всей Варшавы. Никогда еще город не был свидетелем такой схватки в самом своем сердце. Поляки не могли поверить, что евреи сами без чьей либо помощи противостоят немецким войскам. «Там наверняка сражаются наши, кто еще мог организовать такое!» - настаивали они. Они были радостно возбуждены, взволнованы, взбудоражены. «Смотрите, какие потери!» - кричали они, глядя на поток машин санитарной помощи, увозящих убитых и раненых немцев. Сирены визжали. Неожиданный град огня из гетто по «арийским» улицам разогнал зевак, а немцы бросились ничком на землю. При первой же возможности все побежали искать урытие. Боясь приближаться к Стене, немцы приставили к ней украинцев.

Read more... )

продолжение следует

лирическое отступление )

я это всё вечером вычитаю и отловлю опечатки
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Когда горело гетто...



...Варшава изумлялась четыре дня подряд.


Предполагалось, что немцы подождут до конца апреля, а то и до мая, но точно никто не знал. В любую минуту надо было быть готовыми к бою.

Утром 19-го апреля, в канун Песаха, в гетто грянула орудийная канонада. Залпы были оглушительными, от взрывов дрожала земля. Гетто окружили войска. Специальные части СС выстроились в полной боевой готовности. С балконов, из окон, и с крыш домов напротив Стены нацелили пулеметы. Немецкие мотоциклетные патрули оцепили улицы вокруг гетто.
Битва началась.

Восстание, к которому мы все так готовились, застигло нас врасплох. Не сговариваясь группа подпольщиков на «арийской стороне», включавшая кроме прочих Целека и меня, собралась на одной из явочных квартир. Мы решили раздобыть себе оружие и прорываться в гетто сквозь немецкое оцепление. Миколаю (*** Миколай Березовский – связной с польским подпольем ***) было поручено договорться об оружии с поляками, и мы ждали их ответа.

Наступило короткое затишье, но к полудню бой возобновился. По Бонифратерской, Мурановской и по Красинского подвезли артиллерию, поливавшую гетто шквалом огня. Юнкерсы, блестя на солнце, то кружили стервятниками, то устремлялись вниз. Мурановская пылала, и на севере ее в небо поднимался огромный столб дыма. Каждые несколько минут земля содрогалась от взрывов, разбивались вдребезги окна, и обваливались дома.

Я взглянула в сторону Свентоерской улицы. Туда, на то, что осталось от фабрики щеток, нацелили пулеметы. Очевидно немцы столкнулись там с сильным сопротивлением; очередь за очередью, пулеметы не умолкали. Мне было видно руины знакомых зданий, обрушившиеся этажи, огромные проломы в стенах, столбы поднимавшейся в небо пыли.

Вдруг город потряс оглушительный взрыв – громче всего, слышанного нами до сих пор.

По улице Налевки к Стене прогрохотали танки. Тысячи поляков столпились на улицах и наблюдали за схваткой. Они стеклись со всей Варшавы. Никогда еще город не был свидетелем такой схватки в самом своем сердце. Поляки не могли поверить, что евреи сами без чьей либо помощи противостоят немецким войскам. «Там наверняка сражаются наши, кто еще мог организовать такое!» - настаивали они. Они были радостно возбуждены, взволнованы, взбудоражены. «Смотрите, какие потери!» - кричали они, глядя на поток машин санитарной помощи, увозящих убитых и раненых немцев. Сирены визжали. Неожиданный град огня из гетто по «арийским» улицам разогнал зевак, а немцы бросились ничком на землю. При первой же возможности все побежали искать урытие. Боясь приближаться к Стене, немцы приставили к ней украинцев.

Read more... )

продолжение следует

лирическое отступление )

я это всё вечером вычитаю и отловлю опечатки
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Когда горело гетто...



...Варшава изумлялась четыре дня подряд.


Предполагалось, что немцы подождут до конца апреля, а то и до мая, но точно никто не знал. В любую минуту надо было быть готовыми к бою.

Утром 19-го апреля, в канун Песаха, в гетто грянула орудийная канонада. Залпы были оглушительными, от взрывов дрожала земля. Гетто окружили войска. Специальные части СС выстроились в полной боевой готовности. С балконов, из окон, и с крыш домов напротив Стены нацелили пулеметы. Немецкие мотоциклетные патрули оцепили улицы вокруг гетто.
Битва началась.

Восстание, к которому мы все так готовились, застигло нас врасплох. Не сговариваясь группа подпольщиков на «арийской стороне», включавшая кроме прочих Целека и меня, собралась на одной из явочных квартир. Мы решили раздобыть себе оружие и прорываться в гетто сквозь немецкое оцепление. Миколаю (*** Миколай Березовский – связной с польским подпольем ***) было поручено договорться об оружии с поляками, и мы ждали их ответа.

Наступило короткое затишье, но к полудню бой возобновился. По Бонифратерской, Мурановской и по Красинского подвезли артиллерию, поливавшую гетто шквалом огня. Юнкерсы, блестя на солнце, то кружили стервятниками, то устремлялись вниз. Мурановская пылала, и на севере ее в небо подымался огромный столб дыма. Каждые несколько минут земля содрогалась от взрывов, разбивались вдребезги окна, и обваливались дома.

Я взглянула в сторону Свентоерской улицы. Туда, на то, что осталось от фабрики щеток, нацелили пулеметы. Очевидно немцы столкнулись там с сильным сопротивлением; очередь за очередью, пулеметы не умолкали. Мне было видно руины знакомых зданий, обрушившиеся этажи, огромные проломы в стенах, столбы поднимавшейся в небо пыли.

Вдруг город потряс оглушительный взрыв – громче всего, слышанного нами до сих пор.

По улице Налевки к Стене прогрохотали танки. Тысячи поляков столпились на улицах и наблюдали за схваткой. Они стеклись со всей Варшавы. Никогда еще город не был свидетелем такой схватки в самом своем сердце. Поляки не могли поверить, что евреи сами без чьей либо помощи противостоят немецким войскам. «Там наверняка сражаются наши, кто еще мог организовать такое!» - настаивали они. Они были радостно возбуждены, взволнованы, взбудоражены. «Смотрите, какие потери!» - кричали они, глядя на поток машин санитарной помощи, увозящих убитых и раненых немцев. Сирены визжали. Неожиданный град огня из гетто по «арийским» улицам разогнал зевак, а немцы бросились ничком на землю. При первой же возможности все побежали искать урытие. Боясь приближаться к Стене, немцы приставили к ней украинцев.

Read more... )

продолжение следует

лирическое отступление )

я это всё вечером вычитаю и отловлю опечатки
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed


Последние приготовления


«Власть в гетто больше не в моих руках. Здесь новое правительство у власти.»

Марек Лихтенбаум, последний председатель юденрата Варшавского Гетто, в ответ немецкому начальству.




[…]

Я посетила гетто накануне восстания. Как обычно на рассвете я явилась на Парысовский Плац с завернутым в грязную бумагу пакетом динамита, похожим со стороны на сверток с маслом. У ворот было тревожно, но для меня подставили небольшую лестницу, и я влезла на Стену. Я ожидала увидеть на той стороне своих связных, Юрека Блонса и Янека Биляка, но их не было. Значит, что-то неладно. Только я решила спуститься назад, как издалека донеслись выстрелы, народ бросился врассыпную – и лестницу подо мной моментально убрали. И вот я сижу у всех на виду на Стене: одной рукой вцепившись в кирпичи и со свертком «масла» в другой. Спрыгнуть нельзя – «масло» взорвется. Выстрелы приближаются, и помощи ждать неоткуда. Выбора у меня не было, я прижала динамит к себе и, будь что будет, приготовилась прыгать.

«Владка! Владка! Постой!» – это был Юрек. Пока он помогал мне спуститься на свою сторону, нас издалека увидели немцы, и началась погоня. Мы нырнули в пустое здание напротив Стены и брослись вверх по лестнице на чердак. Там мы зарылись под грудой перьев и постельного белья. Шаги и голоса позади нас становились всё громче. Наши сердца бешенно колотились. Найдут?

Бегло осмотрев чердак, немцы ушли. Мы лежали в нашем углу, пока не стихли все звуки. Только тогда мы рискнули выползти оттуда и очистились от перьев перед тем, как выйти наружу. На пустынных улицах мы держались ближе к стенам домов, то и дело прячась в подъездах от усиленных после январских событий немецких патрулей. Теперь у каждого еврея на улице требовали документы, каждый сверток проверяли и многие конфисковывали. По чердакам, подвалам и руинам заброшенных домов мы добрались до фабрики щеток.

А там всё бурлило и кипело. Взволнованные взмыленные евреи носились с мешками и узлами, народ куда-то торопился и собирался.

«В чем дело?» - спросила я Юрека.

«Мы только что узнали, что фабрику перевозят из гетто в один из новых трудовых лагерей в Понятове или в Травниках – оба недалеко от Люблина. Ну, то есть, это немцы так говорят. Вот объявление – можно брать даже детей.»

«И люди верят?»

Read more... )

продолжение следует
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed


Последние приготовления


«Власть в гетто больше не в моих руках. Здесь новое правительство у власти.»

Марек Лихтенбаум, последний председатель юденрата Варшавского Гетто, в ответ немецкому начальству.




[…]

Я посетила гетто накануне восстания. Как обычно на рассвете я явилась на Парысовский Плац с завернутым в грязную бумагу пакетом динамита, похожим со стороны на сверток с маслом. У ворот было тревожно, но для меня подставили небольшую лестницу, и я влезла на Стену. Я ожидала увидеть на той стороне своих связных, Юрека Блонса и Янека Биляка, но их не было. Значит, что-то неладно. Только я решила спуститься назад, как издалека донеслись выстрелы, народ бросился врассыпную – и лестницу подо мной моментально убрали. И вот я сижу у всех на виду на Стене: одной рукой вцепившись в кирпичи и со свертком «масла» в другой. Спрыгнуть нельзя – «масло» взорвется. Выстрелы приближаются, и помощи ждать неоткуда. Выбора у меня не было, я прижала динамит к себе и, будь что будет, приготовилась прыгать.

«Владка! Владка! Постой!» – это был Юрек. Пока он помогал мне спуститься на свою сторону, нас издалека увидели немцы, и началась погоня. Мы нырнули в пустое здание напротив Стены и брослись вверх по лестнице на чердак. Там мы зарылись под грудой перьев и постельного белья. Шаги и голоса позади нас становились всё громче. Наши сердца бешенно колотились. Найдут?

Бегло осмотрев чердак, немцы ушли. Мы лежали в нашем углу, пока не стихли все звуки. Только тогда мы рискнули выползти оттуда и очистились от перьев перед тем, как выйти наружу. На пустынных улицах мы держались ближе к стенам домов, то и дело прячась в подъездах от усиленных после январских событий немецких патрулей. Теперь у каждого еврея на улице требовали документы, каждый сверток проверяли и многие конфисковывали. По чердакам, подвалам и руинам заброшенных домов мы добрались до фабрики щеток.

А там всё бурлило и кипело. Взволнованные взмыленные евреи носились с мешками и узлами, народ куда-то торопился и собирался.

«В чем дело?» - спросила я Юрека.

«Мы только что узнали, что фабрику перевозят из гетто в один из новых трудовых лагерей в Понятове или в Травниках – оба недалеко от Люблина. Ну, то есть, это немцы так говорят. Вот объявление – можно брать даже детей.»

«И люди верят?»

Read more... )

продолжение следует
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed


Последние приготовления


«Власть в гетто больше не в моих руках. Здесь новое правительство у власти.»

Марек Лихтенбаум, последний председатель юденрата Варшавского Гетто, в ответ немецкому начальству.




[…]

Я посетила гетто накануне восстания. Как обычно на рассвете я явилась на Парысовский Плац с завернутым в грязную бумагу пакетом динамита, похожим со стороны на сверток с маслом. У ворот было тревожно, но для меня подставили небольшую лестницу, и я влезла на Стену. Я ожидала увидеть на той стороне своих связных, Юрека Блонса и Янека Биляка, но их не было. Значит, что-то неладно. Только я решила спуститься назад, как издалека донеслись выстрелы, народ бросился врассыпную – и лестницу подо мной моментально убрали. И вот я сижу у всех на виду на Стене: одной рукой вцепившись в кирпичи и со свертком «масла» в другой. Спрыгнуть нельзя – «масло» взорвется. Выстрелы приближаются, и помощи ждать неоткуда. Выбора у меня не было, я прижала динамит к себе и, будь что будет, приготовилась прыгать.

«Владка! Владка! Постой!» – это был Юрек. Пока он помогал мне спуститься на свою сторону, нас издалека увидели немцы, и началась погоня. Мы нырнули в пустое здание напротив Стены и брослись вверх по лестнице на чердак. Там мы зарылись под грудой перьев и постельного белья. Шаги и голоса позади нас становились всё громче. Наши сердца бешенно колотились. Найдут?

Бегло осмотрев чердак, немцы ушли. Мы лежали в нашем углу, пока не стихли все звуки. Только тогда мы рискнули выползти оттуда и очистились от перьев перед тем, как выйти наружу. На пустынных улицах мы держались ближе к стенам домов, то и дело прячась в подъездах от усиленных после январских событий немецких патрулей. Теперь у каждого еврея на улице требовали документы, каждый сверток проверяли и многие конфисковывали. По чердакам, подвалам и руинам заброшенных домов мы добрались до фабрики щеток.

А там всё бурлило и кипело. Взволнованные взмыленные евреи носились с мешками и узлами, народ куда-то торопился и собирался.

«В чем дело?» - спросила я Юрека.

«Мы только что узнали, что фабрику перевозят из гетто в один из новых трудовых лагерей в Понятове или в Травниках – оба недалеко от Люблина. Ну, то есть, это немцы так говорят. Вот объявление – можно брать даже детей.»

«И люди верят?»

Read more... )

продолжение следует
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Осведомитель



Для подпольщиков нет ничего страшнее доноса. Вдруг ни с того ни с сего одна за другой были провалены несколько наших явок. Мы подозревали – нет, мы были уверены, – что среди нас находится осведомитель гестапо и польской полиции. Сперва наши подозрения пали на Стефана Махая, у которого мы раньше жили. Он как-то вдруг перестал нам помогать и целыми днями валялся дома или щеголял в дорогих обновках, да покупал деликатесы и алкоголь. Откуда деньги, Стефан? Зная, как мало зарабатывает Стефан, и глядя на его новый образ жизни, нам, конечно, всё это было подозрительно. Но доказательств против него не было, да и допустить, что добрый, великодушный Стефан нас предал, было немыслимо. Он близко знал многих из нас, мы часто собирались в его квартире, даже иногда ночевали у него. Кроме того, он знал, где прячутся многие бежавшие из гетто евреи. Разве мог он перейти на сторону врага??

В то время Анна Вахальска прятала у себя тринадцатилетнюю Зошку Рыбак. Зошку никто не принимал за еврейку, и она свободно ходила по городу. В один прекрасный день к Анне зашел Стефан, поговорить о какой-то ерунде. Так случилось, что я в тот же день встретила Анну, и она рассказала мне о визите Стефана. Меня мучили подозрения: чего ему было надо?? Я уговорила Анну отослать Зошку на несколько дней и выбросить все, что могло выдать присутствие девочки в доме Анны. Возможно, сказала я, мои подозрения напрасны, но осторожность никогда не помешает. Анна послушалась меня, а через два дня ее дом обыскали агенты гестапо – перевернули всё вверх дном, ничего не нашли. Был этот обыск случайностью – или...?

лирическое отступление (Анна Вахальская) )

Одним чудесным воскресным днем к Дубелям, где жили сестренки Блит, явились жандармы из польской полиции. К счастью, девочек не было дома, они отправились в церковь с пани Дубель. Набожная женщина всегда брала их с собой по воскресеньям. Дома оставался только ее муж. Он объяснил жандармам, что да, действительно, тут одно время прятались еврейские дети, но это было очень, очень, очень давно и неправда, и где они теперь, он не знает. Больше того, с тех пор, как арестовали его сына, он больше не общается ни с какими евреями. И под конец он предложил полицейским пойти с ним в бар и выпить за его счет. Когда пани Дубель и девочки вернулись домой, там было пусто. Полицейские поверили старику и убрались. Мы немедленно подыскали сестренкам Блит новое убежище. Стефан знал о том, что они прятались у Дубелей. Мы всё сильней убеждались в том, что он таки стал осведомителем. И всё же у нас не было доказательств.

Потом арестовали Михаля Клепфиша. Михаль жил теперь на квартире по адресу Панска 48. Однажды вечером, проходя мимо своего дома, он был арестован агентом гестапо. Мы знали полицейского, бравшего взятки. Через него нам удалось связаться с Михалем, но мы не смогли устроить его освобождение. Через две недели связь с ним оборвалась, мы решили, что его депортировали (в Треблинку).

Read more... )

продолжение следует
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Осведомитель



Для подпольщиков нет ничего страшнее доноса. Вдруг ни с того ни с сего одна за другой были провалены несколько наших явок. Мы подозревали – нет, мы были уверены, – что среди нас находится осведомитель гестапо и польской полиции. Сперва наши подозрения пали на Стефана Махая, у которого мы раньше жили. Он как-то вдруг перестал нам помогать и целыми днями валялся дома или щеголял в дорогих обновках, да покупал деликатесы и алкоголь. Откуда деньги, Стефан? Зная, как мало зарабатывает Стефан, и глядя на его новый образ жизни, нам, конечно, всё это было подозрительно. Но доказательств против него не было, да и допустить, что добрый, великодушный Стефан нас предал, было немыслимо. Он близко знал многих из нас, мы часто собирались в его квартире, даже иногда ночевали у него. Кроме того, он знал, где прячутся многие бежавшие из гетто евреи. Разве мог он перейти на сторону врага??

В то время Анна Вахальска прятала у себя тринадцатилетнюю Зошку Рыбак. Зошку никто не принимал за еврейку, и она свободно ходила по городу. В один прекрасный день к Анне зашел Стефан, поговорить о какой-то ерунде. Так случилось, что я в тот же день встретила Анну, и она рассказала мне о визите Стефана. Меня мучили подозрения: чего ему было надо?? Я уговорила Анну отослать Зошку на несколько дней и выбросить все, что могло выдать присутствие девочки в доме Анны. Возможно, сказала я, мои подозрения напрасны, но осторожность никогда не помешает. Анна послушалась меня, а через два дня ее дом обыскали агенты гестапо – перевернули всё вверх дном, ничего не нашли. Был этот обыск случайностью – или...?

лирическое отступление (Анна Вахальская) )

Одним чудесным воскресным днем к Дубелям, где жили сестренки Блит, явились жандармы из польской полиции. К счастью, девочек не было дома, они отправились в церковь с пани Дубель. Набожная женщина всегда брала их с собой по воскресеньям. Дома оставался только ее муж. Он объяснил жандармам, что да, действительно, тут одно время прятались еврейские дети, но это было очень, очень, очень давно и неправда, и где они теперь, он не знает. Больше того, с тех пор, как арестовали его сына, он больше не общается ни с какими евреями. И под конец он предложил полицейским пойти с ним в бар и выпить за его счет. Когда пани Дубель и девочки вернулись домой, там было пусто. Полицейские поверили старику и убрались. Мы немедленно подыскали сестренкам Блит новое убежище. Стефан знал о том, что они прятались у Дубелей. Мы всё сильней убеждались в том, что он таки стал осведомителем. И всё же у нас не было доказательств.

Потом арестовали Михаля Клепфиша. Михаль жил теперь на квартире по адресу Панска 48. Однажды вечером, проходя мимо своего дома, он был арестован агентом гестапо. Мы знали полицейского, бравшего взятки. Через него нам удалось связаться с Михалем, но мы не смогли устроить его освобождение. Через две недели связь с ним оборвалась, мы решили, что его депортировали (в Треблинку).

Read more... )

продолжение следует
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Осведомитель



Для подпольщиков нет ничего страшнее доноса. Вдруг ни с того ни с сего одна за другой были провалены несколько наших явок. Мы подозревали – нет, мы были уверены, – что среди нас находится осведомитель гестапо и польской полиции. Сперва наши подозрения пали на Стефана Махая, у которого мы раньше жили. Он как-то вдруг перестал нам помогать и целыми днями валялся дома или щеголял в дорогих обновках, да покупал деликатесы и алкоголь. Откуда деньги, Стефан? Зная, как мало зарабатывает Стефан, и глядя на его новый образ жизни, нам, конечно, всё это было подозрительно. Но доказательств против него не было, да и допустить, что добрый, великодушный Стефан нас предал, было немыслимо. Он близко знал многих из нас, мы часто собирались в его квартире, даже иногда ночевали у него. Кроме того, он знал, где прячутся многие бежавшие из гетто евреи. Разве мог он перейти на сторону врага??

В то время Анна Вачальска прятала у себя тринадцатилетнюю Зошку Рыбак. Зошку никто не принимал за еврейку, и она свободно ходила по городу. В один прекрасный день к Анне зашел Стефан, поговорить о какой-то ерунде. Так случилось, что я в тот же день встретила Анну, и она рассказала мне о визите Стефана. Меня мучили подозрения: чего ему было надо?? Я уговорила Анну отослать Зошку на несколько дней и выбросить все, что могло выдать присутствие девочки в доме Анны. Возможно, сказала я, мои подозрения напрасны, но осторожность никогда не помешает. Анна послушалась меня, а через два дня ее дом обыскали агенты гестапо – перевернули всё вверх дном, ничего не нашли. Был этот обыск случайностью – или...?

лирическое отступление (Анна Вачальская) )

Одним чудесным воскресным днем к Дубелям, где жили сестренки Блит, явились жандармы из польской полиции. К счастью, девочек не было дома, они отправились в церковь с пани Дубель. Набожная женщина всегда брала их с собой по воскресеньям. Дома оставался только ее муж. Он объяснил жандармам, что да, действительно, тут одно время прятались еврейские дети, но это было очень, очень, очень давно и неправда, и где они теперь, он не знает. Больше того, с тех пор, как арестовали его сына, он больше не общается ни с какими евреями. И под конец он предложил полицейским пойти с ним в бар и выпить за его счет. Когда пани Дубель и девочки вернулись домой, там было пусто. Полицейские поверили старику и убрались. Мы немедленно подыскали сестренкам Блит новое убежище. Стефан знал о том, что они прятались у Дубелей. Мы всё сильней убеждались в том, что он таки стал осведомителем. И всё же у нас не было доказательств.

Потом арестовали Михаля Клепфиша. Михаль жил теперь на квартире по адресу Панска 48. Однажды вечером, проходя мимо своего дома, он был арестован агентом гестапо. Мы знали полицейского, бравшего взятки. Через него нам удалось связаться с Михалем, но мы не смогли устроить его освобождение. Через две недели связь с ним оборвалась, мы решили, что его депортировали (в Треблинку).

Read more... )

продолжение следует
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Зато мы делаем гранаты



После январских событий Армия Крайова (правое крыло польского сопротивления) поставила Евейской Боевой Организации партию оружия: пятьдесят револьверов и столько же гранат. Подпольщики-евреи на «арийской стороне» не жалели усилий, чтобы достать как можно больше оружия как можно быстрее. Собираясь вместе по вечрам мы мечтали вслух о том, как было бы здорово, если бы мы могли сами делать гранаты, потому что у нас почти не было поставщиков. Гетто беспрерывно и настойчиво умоляло об оружии.

Однажды ветренным субботним днем явился Юрек Блонс. Волосы растрепаны, лицо мрачно, пальто порвано – он перелез через Стену. Сказал, что в гетто в спешке готовятся к бою, что оружия катастрофически не хватает, и что необходимо ускорить его поставки. Я попыталась объяснить, что нам практически неоткуда добыть больше оружия, но Юрек ответил, что это наши заботы, что если мы не поторопимся, то скоро будет слишком поздно: «С минуты на минуту начнутся новые облавы. Оружие – единственное, что нам сейчас нужно!» Михаль, Целек и я весь день обсуждали с ним положение в гетто. Ему было тяжело смириться с мыслью, что поляки не хотят нам помогать. Обычно спокойный, он потерял самообладание: «Неужели мы так и останемся безоружными?! Почему они помогают нам так мало?». Что могли мы ответить ему, когда сами давно уже задавали себе те же вопросы? Кто-то пробормотал: «... если бы только мы могли обойтись без посторонней помощи.»

Read more... )
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Зато мы делаем гранаты



После январских событий Армия Крайова (правое крыло польского сопротивления) поставила Евейской Боевой Организации партию оружия: пятьдесят револьверов и столько же гранат. Подпольщики-евреи на «арийской стороне» не жалели усилий, чтобы достать как можно больше оружия как можно быстрее. Собираясь вместе по вечрам мы мечтали вслух о том, как было бы здорово, если бы мы могли сами делать гранаты, потому что у нас почти не было поставщиков. Гетто беспрерывно и настойчиво умоляло об оружии.

Однажды ветренным субботним днем явился Юрек Блонс. Волосы растрепаны, лицо мрачно, пальто порвано – он перелез через Стену. Сказал, что в гетто в спешке готовятся к бою, что оружия катастрофически не хватает, и что необходимо ускорить его поставки. Я попыталась объяснить, что нам практически неоткуда добыть больше оружия, но Юрек ответил, что это наши заботы, что если мы не поторопимся, то скоро будет слишком поздно: «С минуты на минуту начнутся новые облавы. Оружие – единственное, что нам сейчас нужно!» Михаль, Целек и я весь день обсуждали с ним положение в гетто. Ему было тяжело смириться с мыслью, что поляки не хотят нам помогать. Обычно спокойный, он потерял самообладание: «Неужели мы так и останемся безоружными?! Почему они помогают нам так мало?». Что могли мы ответить ему, когда сами давно уже задавали себе те же вопросы? Кто-то пробормотал: «... если бы только мы могли обойтись без посторонней помощи.»

Read more... )
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Зато мы делаем гранаты



После январских событий Армия Крайова (правое крыло польского сопротивления) поставила Евейской Боевой Организации партию оружия: пятьдесят револьверов и столько же гранат. Подпольщики-евреи на «арийской стороне» не жалели усилий, чтобы достать как можно больше оружия как можно быстрее. Собираясь вместе по вечрам мы мечтали вслух о том, как было бы здорово, если бы мы могли сами делать гранаты, потому что у нас почти не было поставщиков. Гетто беспрерывно и настойчиво умоляло об оружии.

Однажды ветренным субботним днем явился Юрек Блонс. Волосы растрепаны, лицо мрачно, пальто порвано – он перелез через Стену. Сказал, что в гетто в спешке готовятся к бою, что оружия катастрофически не хватает, и что необходимо ускорить его поставки. Я попыталась объяснить, что нам практически неоткуда добыть больше оружия, но Юрек ответил, что это наши заботы, что если мы не поторопимся, то скоро будет слишком поздно: «С минуты на минуту начнутся новые облавы. Оружие – единственное, что нам сейчас нужно!» Михаль, Целек и я весь день обсуждали с ним положение в гетто. Ему было тяжело смириться с мыслью, что поляки не хотят нам помогать. Обычно спокойный, он потерял самообладание: «Неужели мы так и останемся безоружными?! Почему они помогают нам так мало?». Что могли мы ответить ему, когда сами давно уже задавали себе те же вопросы? Кто-то пробормотал: «... если бы только мы могли обойтись без посторонней помощи.»

Read more... )

*****

Aug. 21st, 2012 10:56 am
nyat: (Buchenwald survivors kids)

Лео Кон учит мальчика играть на флейте. Где-то в Дордони. Где-то между 41-м и 44-м годами.
Сын богатого отца-банкира и брат будущего судьи Верховного Суда будущего государства Израиль, Лео Кон в семье был шалопай.
Лео Кон посвятил жизнь развлечениям, путешествиям, музыке, детворе, подполью, спасению людей.
Он пел в хоре в Иностранном легионе, он прятался с женой и детьми от нацистов в замке Тулуз-Лотрека,
он однажды перед Пасхой наизусть записал для группы ребят в одном из детдомов пасхальную агаду
и научил их печь мацу, его карманы всегда были набиты фальшивыми документами (собственного изготовления),
свидетельствами о рождении, крещении, демобилизации, разрешениями на работу,
продовольственными карточками и нелегальной литературой.
Лео Кон погибнет в Освенциме летом 44-го.


Read more... )

к старому посту: http://one-way.livejournal.com/493904.html

*****

Aug. 21st, 2012 10:56 am
nyat: (Buchenwald survivors kids)

Лео Кон учит мальчика играть на флейте. Где-то в Дордони. Где-то между 41-м и 44-м годами.
Сын богатого отца-банкира и брат будущего судьи Верховного Суда будущего государства Израиль, Лео Кон в семье был шалопай.
Лео Кон посвятил жизнь развлечениям, путешествиям, музыке, детворе, подполью, спасению людей.
Он пел в хоре в Иностранном легионе, он прятался с женой и детьми от нацистов в замке Тулуз-Лотрека,
он однажды перед Пасхой наизусть записал для группы ребят в одном из детдомов пасхальную агаду
и научил их печь мацу, его карманы всегда были набиты фальшивыми документами (собственного изготовления),
свидетельствами о рождении, крещении, демобилизации, разрешениями на работу,
продовольственными карточками и нелегальной литературой.
Лео Кон погибнет в Освенциме летом 44-го.


Read more... )

к старому посту: http://one-way.livejournal.com/493904.html

November 2013

S M T W T F S
      1 2
34 56789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jun. 25th, 2017 03:27 am
Powered by Dreamwidth Studios