nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Абраша Блюм (окончание)



Когда я пришла в себя, комната кишела разъяренными людьми, и они забрасывали меня вопросами. Они боялись, что из-за меня сожгут весь дом. Явились три полицейских поляка, выгнали всех остальных и принялись допрашивать меня одну. Я всё еще плохо соображала, отвечала с трудом, пыталась повторить в точности то, что сказала ранее немецкому офицеру, арестовавшему нас с Абрашей. Полицейские вновь обыскали комнату, то и дело засовывая вещи себе в карманы. Мне было всё равно. Я понимала, что скоро конец. Единственное, что я хотела знать – жив ли Абраша? Что с ним?

И вдруг в сопровождении полицейского в комнату вошел Абраша. Я содрогнулась. Его лицо было сине-багрового цвета, и одна сторона распухла. Голова в крови, кровь изо рта, руки в синяках. Он едва мог идти. Я упросила полицейского разрешить ему лечь. На все вопросы он отвечал вяло и бессвязно.

Не помню, сколько продолжался допрос, наконец нас вывели из комнаты. Абраша шел из последних сил, морщась от боли. Шепотом я спросила его, как он себя чувствовал, он не смог произнести ни слова.

Read more... )

лучше поздно, чем никогда: я отсканировала свою карту Варшавского гетто
а то в сети они все маленькие, и не видно названий мелких улиц.

гетто во время войны: http://farm9.staticflickr.com/8477/8166711110_ebfe135d2a_o.jpg
гетто наложенное на теперешнюю карту Варшавы: http://farm8.staticflickr.com/7272/8166681091_2b6cec0236_o.jpg
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Абраша Блюм




Абраша и Люба Блюм

Когда закончились бои, от гетто остались лишь дымящиеся руины. Немцы деловито уничтожали пустые бункеры. Варшавского гетто больше не было, остатки его защитников, прятавшиеся на «арийской стороне», ощущали себя обездоленными, опустошенными. Гетто было душой и целью нашего существования, ради него одного мы жили. Только гетто сплачивало нас, только жгучая потребность отомстить придавала нам силы.

Ничего этого не осталось. Зачем было жить дальше? Над городом еще висел запах гари. Улицы Варшавы кишели патрулями СС и гестапо, джипами полными вооруженных немцев. Повальные аресты и обыски в домах поляков были обычным делом. Огромные плакаты, предупреждавшие о «еврейской угрозе», предписывали арестовывать евреев на месте и объявляли , что поляки, помогающие евреями, либо дающие им кров, будут расстреляны. В качестве показательного урока немцы подожгли дом на площади Казимеж, убив всю проживавшую там польскую семью за то, что те приютили у себя евреев. Поляки были перепуганы. «Немцы на всё способны,» - повторяли они с опаской.

Сами собой стихийно зародились польские комитеты самозащиты от «несчастья», как они называли евреев. Эти комитеты стали для нас огромным препятствием. Они постоянно следили за появлением чужаков и сообщали о таковых в полицию. В результате поначалу оказалось невозможно найти квартиру для Абраши Блюма, и первое время он жил у меня, в моей маленькой комнатке на четвертом этаже на улице Баркова 2. Хозяин квартиры, Стефан Невяровский, знал, кто я такая, и иногда помогал нам.

Read more... )

продолжение следует
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Судьба защитников гетто на «арийской стороне» (продолжение)



Несчастье шло с нами рука об руку. 11-го ноября 1943 года восемь бойцов гетто прятались на чердаке целлофановой фабрики в предместье Прага. Чердак был весь уставлен ящиками со взрывчаткой и боеприпасами. Один из ребят разогревал в ложке лечебную мазь для одной из раненых девушек, горящая спичка упала на пол, на легко воспламеняющийся мусор под ногами, и произошел взрыв – ящики взорвались один за другим, и в считанные секунды чердак охватил пожар.

Лишь Элиезеру Геллеру, Тосе Альтман и Меиру Шварцу удалось вырваться из этого ада. Проломив голыми руками горящий потолок, они выкарабкались на крышу. Но Тосино платье загорелось, и, не в силах стоять, она упала и скатилась по крыше. К дому уже бежали люди тушить пожар, но увидев на крыше евреев, не знали, что делать дальше: «Там евреи! Евреи горят!» Казалось, присутствие троих несчастных евреев пугало их сильнее огня. Read more... )
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Судьба защитников гетто на «арийской стороне» (продолжение)



Несчастье шло с нами рука об руку. 11-го ноября 1943 года восемь бойцов гетто прятались на чердаке целлофановой фабрики в предместье Прага. Чердак был весь уставлен ящиками со взрывчаткой и боеприпасами. Один из ребят разогревал в ложке лечебную мазь для одной из раненых девушек, горящая спичка упала на пол, на легко воспламеняющийся мусор под ногами, и произошел взрыв – ящики взорвались один за другим, и в считанные секунды чердак охватил пожар.

Лишь Элиезеру Геллеру, Тосе Альтман и Меиру Шварцу удалось вырваться из этого ада. Проломив голыми руками горящий потолок, они выкарабкались на крышу. Но Тосино платье загорелось, и, не в силах стоять, она упала и скатилась по крыше. К дому уже бежали люди тушить пожар, но увидев на крыше евреев, не знали, что делать дальше: «Там евреи! Евреи горят!» Казалось, присутствие троих несчастных евреев пугало их сильнее огня. Read more... )
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Судьба защитников гетто на «арийской стороне» (продолжение)



Несчастье шло с нами рука об руку. 11-го ноября 1943 года восемь бойцов гетто прятались на чердаке целлофановой фабрики в предместье Прага. Чердак был весь уставлен ящиками со взрывчаткой и боеприпасами. Один из ребят разогревал в ложке лечебную мазь для одной из раненых девушек, горящая спичка упала на пол, на легко воспламеняющийся мусор под ногами, и произошел взрыв – ящики взорвались один за другим, и в считанные секунды чердак охватил пожар.

Лишь Элиезеру Геллеру, Тосе Альтман и Меиру Шварцу удалось вырваться из этого ада. Проломив голыми руками горящий потолок, они выкарабкались на крышу. Но Тосино платье загорелось, и, не в силах стоять, она упала и скатилась по крыше. К дому уже бежали люди тушить пожар, но увидев на крыше евреев, не знали, что делать дальше: «Там евреи! Евреи горят!» Казалось, присутствие троих несчастных евреев пугало их сильнее огня. Read more... )
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Судьба защитников гетто на «арийской стороне»



Жизнь на «арийской стороне» превратилась в ад. Каждый день мы теряли укрытия и людей, земля буквально горела у нас под ногами.

Судьба выживших защитников гетто сложилась крайне трагично. Около семидесяти из них через канализацию удалось выбраться на «арийскую сторону», и подпольщики (*** поляки ***) среди бела дня увезли их из города в крытых грузовиках в Ломянский лес недалеко от Варшавы. И оставили там. Ломянский лес – густые низкие сосны. Местные крестьяне, боясь, что их обвинят в укрывательстве евреев, грозили сдать их немцам, если они не уберутся сами. Плюс над ними постоянно висела угроза немцкой облавы, немцы в любой момент могли окружить лес и всех их убить.

Мы лихорадочно искали им укрытия, заново перелопачивали все возможные контакты с польскими партизанами. Найти жильё в домах поляков стало теперь почти невозможно. Мы ощущали себя в полной изоляции. И опять, как и в дни восстания, мы были бессильны, неспособны спасти жизни тех немногих, кто пережил страшную агонию гетто.

Героизм восставшего гетто потряс польское подполье, нелегальные издания превозносили мужество евреев и пели хвалу их силе и стойкости. Но этим всё и закочилось. Не было оказано почти никакой практической помощи – ни в часы последней смертельной схватки, ни, разумеется, теперь. Вместо этого мы столкнулись с типичным польским безразличием к судьбе евреев.

Шли дни. Варшава, давшая кров тысячам подпольщиков-поляков, оказалась не в состоянии приютить горстку выживших бойцов гетто.

Read more... )
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Судьба защитников гетто на «арийской стороне»



Жизнь на «арийской стороне» превратилась в ад. Каждый день мы теряли укрытия и людей, земля буквально горела у нас под ногами.

Судьба выживших защитников гетто сложилась крайне трагично. Около семидесяти из них через канализацию удалось выбраться на «арийскую сторону», и подпольщики (*** поляки ***) среди бела дня увезли их из города в крытых грузовиках в Ломянский лес недалеко от Варшавы. И оставили там. Ломянский лес – густые низкие сосны. Местные крестьяне, боясь, что их обвинят в укрывательстве евреев, грозили сдать их немцам, если они не уберутся сами. Плюс над ними постоянно висела угроза немцкой облавы, немцы в любой момент могли окружить лес и всех их убить.

Мы лихорадочно искали им укрытия, заново перелопачивали все возможные контакты с польскими партизанами. Найти жильё в домах поляков стало теперь почти невозможно. Мы ощущали себя в полной изоляции. И опять, как и в дни восстания, мы были бессильны, неспособны спасти жизни тех немногих, кто пережил страшную агонию гетто.

Героизм восставшего гетто потряс польское подполье, нелегальные издания превозносили мужество евреев и пели хвалу их силе и стойкости. Но этим всё и закочилось. Не было оказано почти никакой практической помощи – ни в часы последней смертельной схватки, ни, разумеется, теперь. Вместо этого мы столкнулись с типичным польским безразличием к судьбе евреев.

Шли дни. Варшава, давшая кров тысячам подпольщиков-поляков, оказалась не в состоянии приютить горстку выживших бойцов гетто.

Read more... )
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Судьба защитников гетто на «арийской стороне»



Жизнь на «арийской стороне» превратилась в ад. Каждый день мы теряли укрытия и людей, земля буквально горела у нас под ногами.

Судьба выживших защитников гетто сложилась крайне трагично. Около семидесяти из них через канализацию удалось выбраться на «арийскую сторону», и подпольщики (*** поляки ***) среди бела дня увезли их из города в крытых грузовиках в Ломянский лес недалеко от Варшавы. И оставили там. Ломянский лес – густые низкие сосны. Местные крестьяне, боясь, что их обвинят в укрывательстве евреев, грозили сдать их немцам, если они не уберутся сами. Плюс над ними постоянно висела угроза немцкой облавы, немцы в любой момент могли окружить лес и всех их убить.

Мы лихорадочно искали им укрытия, заново перелопачивали все возможные контакты с польскими партизанами. Найти жильё в домах поляков стало теперь почти невозможно. Мы ощущали себя в полной изоляции. И опять, как и в дни восстания, мы были бессильны, неспособны спасти жизни тех немногих, кто пережил страшную агонию гетто.

Героизм восставшего гетто потряс польское подполье, нелегальные издания превозносили мужество евреев и пели хвалу их силе и стойкости. Но этим всё и закочилось. Не было оказано почти никакой практической помощи – ни в часы последней смертельной схватки, ни, разумеется, теперь. Вместо этого мы столкнулись с типичным польским безразличием к судьбе евреев.

Шли дни. Варшава, давшая кров тысячам подпольщиков-поляков, оказалась не в состоянии приютить горстку выживших бойцов гетто.

Read more... )
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Рассказывают участники восстания.



[На одиннадцатый день восстания двоим друзьям Владки удалось через канализацию выбраться из гетто. Это были Зигмунт (*** Залман Фридрих: http://one-way.livejournal.com/495366.html#otreblinke ***) и Казик (*** Симха Ротем: http://boti.ru/node/84155 ***). Казик пару ночей спал на квартире у Владки. Вот, что он ей рассказал.]

На второй день восстания Казик был в составе группы, охранявшей мину, зарытую против входа на фабрику щеток. Сидя в засаде, они смотрели, как приближается отряд немцев, и, когда те подошли к самым воротам, Казик по приказу командира группы соеденил провода. От взрыва содрогнулось гетто, и чуть не обвалился потолок здания, где прятались бойцы. Железные каски и человеческие тела полетели вперемешку с грязью, пылью, деревянными обломками и стеклом. Убитых и раненых немцев раскидало по улице.

После этого враг стал осторожнее. Эсэсовцы атаковали позицию Казика, прижимаясь к стенам домов. Их встретили гранатами и бутылками с зажигательной смесью – и они отступили. «Но это еще не всё.»

19-го апреля части немцев, украинцев, литовцев и поляков окружили гетто. Осада, целью которой была полная и окончательная депортация евреев из Варшавы, готовилась под покровом темноты. Но эти приготовления заметили часовые гетто и сообщили о них в штаб восстания, откуда был дан приказ всем отрядам занять боевые позиции: пять групп под началом Марека Эдельмана в районе фабрики щеток по улицам Францисканска и Валова; восемь групп Элиезера Геллера в районе немецких мастерских по улицам Лешно, Новолипки и Смоча; и девять отрядов в центральном гетто под командованием Захарии Артштейна – на улицах Геся, Заменхоф, Мила и Налевки. Штаб-квартира под командованием Мордехая Анилевича находилась в бункере по адресу Мила 18. Повсюду сновали курьеры, предупреждали население об облаве и призывали к сопротивлению. Этой ночью всё гетто попряталось в укрытиях – в подвалах, бункерах, в тайниках и на чердаках. И приготовилось к неизбежному.

Read more... )
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Рассказывают участники восстания.



[На одиннадцатый день восстания двоим друзьям Владки удалось через канализацию выбраться из гетто. Это были Зигмунт (*** Залман Фридрих: http://one-way.livejournal.com/495366.html#otreblinke ***) и Казик (*** Симха Ротем: http://boti.ru/node/84155 ***). Казик пару ночей спал на квартире у Владки. Вот, что он ей рассказал.]

На второй день восстания Казик был в составе группы, охранявшей мину, зарытую против входа на фабрику щеток. Сидя в засаде, они смотрели, как приближается отряд немцев, и, когда те подошли к самым воротам, Казик по приказу командира группы соеденил провода. От взрыва содрогнулось гетто, и чуть не обвалился потолок здания, где прятались бойцы. Железные каски и человеческие тела полетели вперемешку с грязью, пылью, деревянными обломками и стеклом. Убитых и раненых немцев раскидало по улице.

После этого враг стал осторожнее. Эсэсовцы атаковали позицию Казика, прижимаясь к стенам домов. Их встретили гранатами и бутылками с зажигательной смесью – и они отступили. «Но это еще не всё.»

19-го апреля части немцев, украинцев, литовцев и поляков окружили гетто. Осада, целью которой была полная и окончательная депортация евреев из Варшавы, готовилась под покровом темноты. Но эти приготовления заметили часовые гетто и сообщили о них в штаб восстания, откуда был дан приказ всем отрядам занять боевые позиции: пять групп под началом Марека Эдельмана в районе фабрики щеток по улицам Францисканска и Валова; восемь групп Элиезера Геллера в районе немецких мастерских по улицам Лешно, Новолипки и Смоча; и девять отрядов в центральном гетто под командованием Захарии Артштейна – на улицах Геся, Заменхоф, Мила и Налевки. Штаб-квартира под командованием Мордехая Анилевича находилась в бункере по адресу Мила 18. Повсюду сновали курьеры, предупреждали население об облаве и призывали к сопротивлению. Этой ночью всё гетто попряталось в укрытиях – в подвалах, бункерах, в тайниках и на чердаках. И приготовилось к неизбежному.

Read more... )
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Рассказывают участники восстания.



[На одиннадцатый день восстания двоим друзьям Владки удалось через канализацию выбраться из гетто. Это были Зигмунт (*** Залман Фридрих: http://one-way.livejournal.com/495366.html#otreblinke ***) и Казик (*** Симха Ротем: http://boti.ru/node/84155 ***). Казик пару ночей спал на квартире у Владки. Вот, что он ей рассказал.]

На второй день восстания Казик был в составе группы, охранявшей мину, зарытую против входа на фабрику щеток. Сидя в засаде, они смотрели, как приближается отряд немцев, и, когда те подошли к самым воротам, Казик по приказу командира группы соеденил провода. От взрыва содрогнулось гетто, и чуть не обвалился потолок здания, где прятались бойцы. Железные каски и человеческие тела полетели вперемешку с грязью, пылью, деревянными обломками и стеклом. Убитых и раненых немцев раскидало по улице.

После этого враг стал осторожнее. Эсэсовцы атаковали позицию Казика, прижимаясь к стенам домов. Их встретили гранатами и бутылками с зажигательной смесью – и они отступили. «Но это еще не всё.»

19-го апреля части немцев, украинцев, литовцев и поляков окружили гетто. Осада, целью которой была полная и окончательная депортация евреев из Варшавы, готовилась под покровом темноты. Но эти приготовления заметили часовые гетто и сообщили о них в штаб восстания, откуда был дан приказ всем отрядам занять боевые позиции: пять групп под началом Марека Эдельмана в районе фабрики щеток по улицам Францисканска и Валова; восемь групп Элиезера Геллера в районе немецких мастерских по улицам Лешно, Новолипки и Смоча; и девять отрядов в центральном гетто под командованием Захарии Артштейна – на улицах Геся, Заменхоф, Мила и Налевки. Штаб-квартира под командованием Мордехая Анилевича находилась в бункере по адресу Мила 18. Повсюду сновали курьеры, предупреждали население об облаве и призывали к сопротивлению. Этой ночью всё гетто попряталось в укрытиях – в подвалах, бункерах, в тайниках и на чердаках. И приготовилось к неизбежному.

Read more... )
nyat: (Default)
Все документы из архива Мемориального Музея Катастрофы: http://www.ushmm.org/research/collections/



Полковник Хосе Артуро Кастельянос Контрерас – генеральный консул республики Сальвадор в Женеве с 1941-го по 1945-й год. Издал больше десятка тысяч липовых документов, удостоверявших сальвадорское гражданство евреев по всей оккупированной Европе. Владелец такого документа находился под защитой Красного Креста, а позже еще и швейцарского консульства в Будапеште. Теперь-то про полковника Кастельяноса знают все, много где можно о нем прочитать, и Яд ва-Шем присвоил ему пару лет назад звание праведника мира, а при жизни он себя не афишировал. Не жизнью же он, в самом деле, рисковал. Просто у него был друг-еврей, еще с довоенных времен. И глядя, каково тому теперь приходится (а приходилось буквально без передышки бежать от погони), полковник решил помочь.

Друга – его звали Джордж Мандл – Хосе Кастельянос взял на работу к себе в женевское консульство на специально для него созданную должность «первого секретаря» и выдал ему и его семье сальвадорские паспорта, в которых фамилия Мандл поменялась на аутентичное Мантелло. А вскоре, начиная с 1942-го года, консульство принялось за массовое производство удостоверений гражданства республики Сальвадор для евреев из стран, оккупированных нацистами.

Это были фальшивые удостоверения – их владельцы не были гражданами Сальвадора. И это были подлинные документы – выданные официальными чиновниками, сальвадорскими дипломатами, на настоящих бланках, подписанные самим «первым секретарем» и заверенные подлинной печатью! И по запросу в генеральное консульство вам ответят, что да, разумеется – документы настоящие.

Росла и ширилась сальвадорская еврейская диаспора в Европе. Всё это делалось абсолютно бесплатно, заверенные фотокопии доставлялись адресатам связными еврейского подполья, почтой Швейцарии и дипломатами нейтральных стран. Отношение к ним и даваемые ими гарантии оказались разными в зависимости от страны. В большинстве стран восточной Европы они были почти бесполезны, но, например, в Дании «граждан Сальвадора» вместо Собибора и Освенцима отправляли в специальную секцию Берген-Бельзена, а по свидетельству из Бельгии – не депортировали вообще. Но сильнее всего эти документы помогли венгерским евреям – после того, как Будапешт признал нейтральную Швейцарию официальным представителем интересов Сальвадора в Венгрии, и сотни заверенных бланков с печатями были посланы швейцарскому консулу Карлу Лутцу.

Под катом – они, родимые. Фальшивые документы. Подлинные свидетельства беды и неравнодушия к ней. Все эти люди на фотографиях – для каждого из них эта бумажка означала надежду. Для одних она оправдалась, а для других – нет.

много )

А это сам «первый секретарь», чья подпись стоит под каждым удостоверением.
Джордж Мандл-Мантелло:

Read more... )

В мае 1944-го румынский дипломат-антифашист Флориан Манолиу собственноручно доставил удостоверения сальвадорского гражданства в трансильванскую Бистрицу – родителям Джорджа Мандла. Манолиу опоздал на несколько дней – всех евреев Бистрицы уже отправили в Освенцим.

По окончании войны полковника Кастельяноса перевели в Лондон, а еще через несколько лет он ушел в отставку, уехал с женой и тремя дочерьми домой в Сальвадор и умер в неизвестности в 1977-м году.
nyat: (Default)
Все документы из архива Мемориального Музея Катастрофы: http://www.ushmm.org/research/collections/



Полковник Хосе Артуро Кастельянос Контрерас – генеральный консул республики Сальвадор в Женеве с 1941-го по 1945-й год. Издал больше десятка тысяч липовых документов, удостоверявших сальвадорское гражданство евреев по всей оккупированной Европе. Владелец такого документа находился под защитой Красного Креста, а позже еще и швейцарского консульства в Будапеште. Теперь-то про полковника Кастельяноса знают все, много где можно о нем прочитать, и Яд ва-Шем присвоил ему пару лет назад звание праведника мира, а при жизни он себя не афишировал. Не жизнью же он, в самом деле, рисковал. Просто у него был друг-еврей, еще с довоенных времен. И глядя, каково тому теперь приходится (а приходилось буквально без передышки бежать от погони), полковник решил помочь.

Друга – его звали Джордж Мандл – Хосе Кастельянос взял на работу к себе в женевское консульство на специально для него созданную должность «первого секретаря» и выдал ему и его семье сальвадорские паспорта, в которых фамилия Мандл поменялась на аутентичное Мантелло. А вскоре, начиная с 1942-го года, консульство принялось за массовое производство удостоверений гражданства республики Сальвадор для евреев из стран, оккупированных нацистами.

Это были фальшивые удостоверения – их владельцы не были гражданами Сальвадора. И это были подлинные документы – выданные официальными чиновниками, сальвадорскими дипломатами, на настоящих бланках, подписанные самим «первым секретарем» и заверенные подлинной печатью! И по запросу в генеральное консульство вам ответят, что да, разумеется – документы настоящие.

Росла и ширилась сальвадорская еврейская диаспора в Европе. Всё это делалось абсолютно бесплатно, заверенные фотокопии доставлялись адресатам связными еврейского подполья, почтой Швейцарии и дипломатами нейтральных стран. Отношение к ним и даваемые ими гарантии оказались разными в зависимости от страны. В большинстве стран восточной Европы они были почти бесполезны, но, например, в Дании «граждан Сальвадора» вместо Собибора и Освенцима отправляли в специальную секцию Берген-Бельзена, а по свидетельству из Бельгии – не депортировали вообще. Но сильнее всего эти документы помогли венгерским евреям – после того, как Будапешт признал нейтральную Швейцарию официальным представителем интересов Сальвадора в Венгрии, и сотни заверенных бланков с печатями были посланы швейцарскому консулу Карлу Лутцу.

Под катом – они, родимые. Фальшивые документы. Подлинные свидетельства беды и неравнодушия к ней. Все эти люди на фотографиях – для каждого из них эта бумажка означала надежду. Для одних она оправдалась, а для других – нет.

много )

А это сам «первый секретарь», чья подпись стоит под каждым удостоверением.
Джордж Мандл-Мантелло:

Read more... )

В мае 1944-го румынский дипломат-антифашист Флориан Манолиу собственноручно доставил удостоверения сальвадорского гражданства в трансильванскую Бистрицу – родителям Джорджа Мандла. Манолиу опоздал на несколько дней – всех евреев Бистрицы уже отправили в Освенцим.

По окончании войны полковника Кастельяноса перевели в Лондон, а еще через несколько лет он ушел в отставку, уехал с женой и тремя дочерьми домой в Сальвадор и умер в неизвестности в 1977-м году.
nyat: (Default)
Все документы из архива Мемориального Музея Катастрофы: http://www.ushmm.org/research/collections/



Полковник Хосе Артуро Кастельянос Контрерас – генеральный консул республики Сальвадор в Женеве с 1941-го по 1945-й год. Издал больше десятка тысяч липовых документов, удостоверявших сальвадорское гражданство евреев по всей оккупированной Европе. Владелец такого документа находился под защитой Красного Креста, а позже еще и швейцарского консульства в Будапеште. Теперь-то про полковника Кастельяноса знают все, много где можно о нем прочитать, и Яд ва-Шем присвоил ему пару лет назад звание праведника мира, а при жизни он себя не афишировал. Не жизнью же он, в самом деле, рисковал. Просто у него был друг-еврей, еще с довоенных времен. И глядя, каково тому теперь приходится (а приходилось буквально без передышки бежать от погони), полковник решил помочь.

Друга – его звали Джордж Мандл – Хосе Кастельянос взял на работу к себе в женевское консульство на специально для него созданную должность «первого секретаря» и выдал ему и его семье сальвадорские паспорта, в которых фамилия Мандл поменялась на аутентичное Мантелло. А вскоре, начиная с 1942-го года, консульство принялось за массовое производство удостоверений гражданства республики Сальвадор для евреев из стран, оккупированных нацистами.

Это были фальшивые удостоверения – их владельцы не были гражданами Сальвадора. И это были подлинные документы – выданные официальными чиновниками, сальвадорскими дипломатами, на настоящих бланках, подписанные самим «первым секретарем» и заверенные подлинной печатью! И по запросу в генеральное консульство вам ответят, что да, разумеется – документы настоящие.

Росла и ширилась сальвадорская еврейская диаспора в Европе. Всё это делалось абсолютно бесплатно, заверенные фотокопии доставлялись адресатам связными еврейского подполья, почтой Швейцарии и дипломатами нейтральных стран. Отношение к ним и даваемые ими гарантии оказались разными в зависимости от страны. В большинстве стран восточной Европы они были почти бесполезны, но, например, в Дании «граждан Сальвадора» вместо Собибора и Освенцима отправляли в специальную секцию Берген-Бельзена, а по свидетельству из Бельгии – не депортировали вообще. Но сильнее всего эти документы помогли венгерским евреям – после того, как Будапешт признал нейтральную Швейцарию официальным представителем интересов Сальвадора в Венгрии, и сотни заверенных бланков с печатями были посланы швейцарскому консулу Карлу Лутцу.

Под катом – они, родимые. Фальшивые документы. Подлинные свидетельства беды и неравнодушия к ней. Все эти люди на фотографиях – для каждого из них эта бумажка олицетворяла надежду. Для одних она оправдалась, а для других – нет.

много )

А это сам «первый секретарь», чья подпись стоит под каждым удостоверением.
Джордж Мандл-Мантелло:

Read more... )

В мае 1944-го румынский дипломат-антифашист Флориан Манолиу собственноручно доставил удостоверения сальвадорского гражданства в трансильванскую Бистрицу – родителям Джорджа Мандла. Манолиу опоздал на несколько дней – всех евреев Бистрицы уже отправили в Освенцим.

По окончании войны полковника Кастельяноса перевели в Лондон, а еще через несколько лет он ушел в отставку, уехал с женой и тремя дочерьми домой в Сальвадор и умер в неизвестности в 1977-м году.
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Когда горело гетто...



...Варшава изумлялась четыре дня подряд.


Предполагалось, что немцы подождут до конца апреля, а то и до мая, но точно никто не знал. В любую минуту надо было быть готовыми к бою.

Утром 19-го апреля, в канун Песаха, в гетто грянула орудийная канонада. Залпы были оглушительными, от взрывов дрожала земля. Гетто окружили войска. Специальные части СС выстроились в полной боевой готовности. С балконов, из окон, и с крыш домов напротив Стены нацелили пулеметы. Немецкие мотоциклетные патрули оцепили улицы вокруг гетто.
Битва началась.

Восстание, к которому мы все так готовились, застигло нас врасплох. Не сговариваясь группа подпольщиков на «арийской стороне», включавшая кроме прочих Целека и меня, собралась на одной из явочных квартир. Мы решили раздобыть себе оружие и прорываться в гетто сквозь немецкое оцепление. Миколаю (*** Миколай Березовский – связной с польским подпольем ***) было поручено договорться об оружии с поляками, и мы ждали их ответа.

Наступило короткое затишье, но к полудню бой возобновился. По Бонифратерской, Мурановской и по Красинского подвезли артиллерию, поливавшую гетто шквалом огня. Юнкерсы, блестя на солнце, то кружили стервятниками, то устремлялись вниз. Мурановская пылала, и на севере ее в небо поднимался огромный столб дыма. Каждые несколько минут земля содрогалась от взрывов, разбивались вдребезги окна, и обваливались дома.

Я взглянула в сторону Свентоерской улицы. Туда, на то, что осталось от фабрики щеток, нацелили пулеметы. Очевидно немцы столкнулись там с сильным сопротивлением; очередь за очередью, пулеметы не умолкали. Мне было видно руины знакомых зданий, обрушившиеся этажи, огромные проломы в стенах, столбы поднимавшейся в небо пыли.

Вдруг город потряс оглушительный взрыв – громче всего, слышанного нами до сих пор.

По улице Налевки к Стене прогрохотали танки. Тысячи поляков столпились на улицах и наблюдали за схваткой. Они стеклись со всей Варшавы. Никогда еще город не был свидетелем такой схватки в самом своем сердце. Поляки не могли поверить, что евреи сами без чьей либо помощи противостоят немецким войскам. «Там наверняка сражаются наши, кто еще мог организовать такое!» - настаивали они. Они были радостно возбуждены, взволнованы, взбудоражены. «Смотрите, какие потери!» - кричали они, глядя на поток машин санитарной помощи, увозящих убитых и раненых немцев. Сирены визжали. Неожиданный град огня из гетто по «арийским» улицам разогнал зевак, а немцы бросились ничком на землю. При первой же возможности все побежали искать урытие. Боясь приближаться к Стене, немцы приставили к ней украинцев.

Read more... )

продолжение следует

лирическое отступление )

я это всё вечером вычитаю и отловлю опечатки
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed

Когда горело гетто...



...Варшава изумлялась четыре дня подряд.


Предполагалось, что немцы подождут до конца апреля, а то и до мая, но точно никто не знал. В любую минуту надо было быть готовыми к бою.

Утром 19-го апреля, в канун Песаха, в гетто грянула орудийная канонада. Залпы были оглушительными, от взрывов дрожала земля. Гетто окружили войска. Специальные части СС выстроились в полной боевой готовности. С балконов, из окон, и с крыш домов напротив Стены нацелили пулеметы. Немецкие мотоциклетные патрули оцепили улицы вокруг гетто.
Битва началась.

Восстание, к которому мы все так готовились, застигло нас врасплох. Не сговариваясь группа подпольщиков на «арийской стороне», включавшая кроме прочих Целека и меня, собралась на одной из явочных квартир. Мы решили раздобыть себе оружие и прорываться в гетто сквозь немецкое оцепление. Миколаю (*** Миколай Березовский – связной с польским подпольем ***) было поручено договорться об оружии с поляками, и мы ждали их ответа.

Наступило короткое затишье, но к полудню бой возобновился. По Бонифратерской, Мурановской и по Красинского подвезли артиллерию, поливавшую гетто шквалом огня. Юнкерсы, блестя на солнце, то кружили стервятниками, то устремлялись вниз. Мурановская пылала, и на севере ее в небо поднимался огромный столб дыма. Каждые несколько минут земля содрогалась от взрывов, разбивались вдребезги окна, и обваливались дома.

Я взглянула в сторону Свентоерской улицы. Туда, на то, что осталось от фабрики щеток, нацелили пулеметы. Очевидно немцы столкнулись там с сильным сопротивлением; очередь за очередью, пулеметы не умолкали. Мне было видно руины знакомых зданий, обрушившиеся этажи, огромные проломы в стенах, столбы поднимавшейся в небо пыли.

Вдруг город потряс оглушительный взрыв – громче всего, слышанного нами до сих пор.

По улице Налевки к Стене прогрохотали танки. Тысячи поляков столпились на улицах и наблюдали за схваткой. Они стеклись со всей Варшавы. Никогда еще город не был свидетелем такой схватки в самом своем сердце. Поляки не могли поверить, что евреи сами без чьей либо помощи противостоят немецким войскам. «Там наверняка сражаются наши, кто еще мог организовать такое!» - настаивали они. Они были радостно возбуждены, взволнованы, взбудоражены. «Смотрите, какие потери!» - кричали они, глядя на поток машин санитарной помощи, увозящих убитых и раненых немцев. Сирены визжали. Неожиданный град огня из гетто по «арийским» улицам разогнал зевак, а немцы бросились ничком на землю. При первой же возможности все побежали искать урытие. Боясь приближаться к Стене, немцы приставили к ней украинцев.

Read more... )

продолжение следует

лирическое отступление )

я это всё вечером вычитаю и отловлю опечатки
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed


Последние приготовления


«Власть в гетто больше не в моих руках. Здесь новое правительство у власти.»

Марек Лихтенбаум, последний председатель юденрата Варшавского Гетто, в ответ немецкому начальству.




[…]

Я посетила гетто накануне восстания. Как обычно на рассвете я явилась на Парысовский Плац с завернутым в грязную бумагу пакетом динамита, похожим со стороны на сверток с маслом. У ворот было тревожно, но для меня подставили небольшую лестницу, и я влезла на Стену. Я ожидала увидеть на той стороне своих связных, Юрека Блонса и Янека Биляка, но их не было. Значит, что-то неладно. Только я решила спуститься назад, как издалека донеслись выстрелы, народ бросился врассыпную – и лестницу подо мной моментально убрали. И вот я сижу у всех на виду на Стене: одной рукой вцепившись в кирпичи и со свертком «масла» в другой. Спрыгнуть нельзя – «масло» взорвется. Выстрелы приближаются, и помощи ждать неоткуда. Выбора у меня не было, я прижала динамит к себе и, будь что будет, приготовилась прыгать.

«Владка! Владка! Постой!» – это был Юрек. Пока он помогал мне спуститься на свою сторону, нас издалека увидели немцы, и началась погоня. Мы нырнули в пустое здание напротив Стены и брослись вверх по лестнице на чердак. Там мы зарылись под грудой перьев и постельного белья. Шаги и голоса позади нас становились всё громче. Наши сердца бешенно колотились. Найдут?

Бегло осмотрев чердак, немцы ушли. Мы лежали в нашем углу, пока не стихли все звуки. Только тогда мы рискнули выползти оттуда и очистились от перьев перед тем, как выйти наружу. На пустынных улицах мы держались ближе к стенам домов, то и дело прячась в подъездах от усиленных после январских событий немецких патрулей. Теперь у каждого еврея на улице требовали документы, каждый сверток проверяли и многие конфисковывали. По чердакам, подвалам и руинам заброшенных домов мы добрались до фабрики щеток.

А там всё бурлило и кипело. Взволнованные взмыленные евреи носились с мешками и узлами, народ куда-то торопился и собирался.

«В чем дело?» - спросила я Юрека.

«Мы только что узнали, что фабрику перевозят из гетто в один из новых трудовых лагерей в Понятове или в Травниках – оба недалеко от Люблина. Ну, то есть, это немцы так говорят. Вот объявление – можно брать даже детей.»

«И люди верят?»

Read more... )

продолжение следует
nyat: (Владка Мид)
продолжение.
предыдущие посты: http://one-way.livejournal.com/tag/vladka%20meed


Последние приготовления


«Власть в гетто больше не в моих руках. Здесь новое правительство у власти.»

Марек Лихтенбаум, последний председатель юденрата Варшавского Гетто, в ответ немецкому начальству.




[…]

Я посетила гетто накануне восстания. Как обычно на рассвете я явилась на Парысовский Плац с завернутым в грязную бумагу пакетом динамита, похожим со стороны на сверток с маслом. У ворот было тревожно, но для меня подставили небольшую лестницу, и я влезла на Стену. Я ожидала увидеть на той стороне своих связных, Юрека Блонса и Янека Биляка, но их не было. Значит, что-то неладно. Только я решила спуститься назад, как издалека донеслись выстрелы, народ бросился врассыпную – и лестницу подо мной моментально убрали. И вот я сижу у всех на виду на Стене: одной рукой вцепившись в кирпичи и со свертком «масла» в другой. Спрыгнуть нельзя – «масло» взорвется. Выстрелы приближаются, и помощи ждать неоткуда. Выбора у меня не было, я прижала динамит к себе и, будь что будет, приготовилась прыгать.

«Владка! Владка! Постой!» – это был Юрек. Пока он помогал мне спуститься на свою сторону, нас издалека увидели немцы, и началась погоня. Мы нырнули в пустое здание напротив Стены и брослись вверх по лестнице на чердак. Там мы зарылись под грудой перьев и постельного белья. Шаги и голоса позади нас становились всё громче. Наши сердца бешенно колотились. Найдут?

Бегло осмотрев чердак, немцы ушли. Мы лежали в нашем углу, пока не стихли все звуки. Только тогда мы рискнули выползти оттуда и очистились от перьев перед тем, как выйти наружу. На пустынных улицах мы держались ближе к стенам домов, то и дело прячась в подъездах от усиленных после январских событий немецких патрулей. Теперь у каждого еврея на улице требовали документы, каждый сверток проверяли и многие конфисковывали. По чердакам, подвалам и руинам заброшенных домов мы добрались до фабрики щеток.

А там всё бурлило и кипело. Взволнованные взмыленные евреи носились с мешками и узлами, народ куда-то торопился и собирался.

«В чем дело?» - спросила я Юрека.

«Мы только что узнали, что фабрику перевозят из гетто в один из новых трудовых лагерей в Понятове или в Травниках – оба недалеко от Люблина. Ну, то есть, это немцы так говорят. Вот объявление – можно брать даже детей.»

«И люди верят?»

Read more... )

продолжение следует
nyat: (Buchenwald survivors kids)


Вот героиня, не оставившая по себе захватывающих воспоминаний. И никто, похоже, так и не рассказал о ней подробно, во всяком случае, я не могу найти ни одной книги, где бы о ней упоминали больше, чем в нескольких строках. А между тем, она спасла сотни жизней. Звали её Жанна Даман.


Read more... )

crossposted to foto_history
crossposted to ru-history
nyat: (Buchenwald survivors kids)


Вот героиня, не оставившая по себе захватывающих воспоминаний. И никто, похоже, так и не рассказал о ней подробно, во всяком случае, я не могу найти ни одной книги, где бы о ней упоминали больше, чем в нескольких строках. А между тем, она спасла сотни жизней. Звали её Жанна Даман.


Read more... )

crossposted to foto_history
crossposted to ru-history
nyat: (Buchenwald survivors kids)


Вот героиня, не оставившая по себе захватывающих воспоминаний. И никто, похоже, так и не рассказал о ней подробно, во всяком случае, я не могу найти ни одной книги, где бы о ней упоминали больше, чем в нескольких строках. А между тем, она спасла сотни жизней. Звали её Жанна Даман.


Read more... )
nyat: (Buchenwald survivors kids)
And if one in ten could be that brave
I would never hate again.

(an old ballad)

Ежи Белецкий был одним из тех людей, что нигде не пропадут. Ежи Белецкий был одним из тех немногих, кому удалось бежать из Освенцима. Ежи Белецкий был единственным, кто сделал это открыто, через дверь, и в компании дамы сердца. 21 июня 1944 года заключенный номер 243 Ежи Белецкий и заключенная номер 29558 Циля Цибульская вышли из ворот Освенцима и неспеша удалились в неизвестном направлении.

Ниже я просто переведу отличную заметку авторства The Associated Press о Ежи и Циле, опубликованную пару лет назад, с попутными комментариями из других источников.




(AP) Чем ближе к воротам, тем увереннее он был, что его застрелят.

21-е июня 1944 года. Ежи Белецкий, переодетый офицером СС, среди бела дня ведёт через концлагерь Освенцим свою подружку еврейку Цилю Цибульскую. Колени его подгибаются от страха, а он при этом с суровым видом твердо шагает по длинной посыпанной гравием дорожке к пропускному пункту.

Часовой хмуро взглянул в их фальшивый пропуск, затем долго, кажется целую вечность, пристально изучал обоих – и наконец произнес волшебные слова: «Ja, danke» – и выпустил Ежи и Цилю на свободу.

Узники Освенцима мрачно шутили, что сбежать оттуда можно только через дымоход. Наша пара оказалась в числе тех немногих, кому удалось проскользнуть в боковую дверь.

Read more... )
nyat: (Buchenwald survivors kids)
And if one in ten could be that brave
I would never hate again.

(an old ballad)

Ежи Белецкий был одним из тех людей, что нигде не пропадут. Ежи Белецкий был одним из тех немногих, кому удалось бежать из Освенцима. Ежи Белецкий был единственным, кто сделал это открыто, через дверь, и в компании дамы сердца. 21 июня 1944 года заключенный номер 243 Ежи Белецкий и заключенная номер 29558 Циля Цибульская вышли из ворот Освенцима и неспеша удалились в неизвестном направлении.

Ниже я просто переведу отличную заметку авторства The Associated Press о Ежи и Циле, опубликованную пару лет назад, с попутными комментариями из других источников.




(AP) Чем ближе к воротам, тем увереннее он был, что его застрелят.

21-е июня 1944 года. Ежи Белецкий, переодетый офицером СС, среди бела дня ведёт через концлагерь Освенцим свою подружку еврейку Цилю Цибульскую. Колени его подгибаются от страха, а он при этом с суровым видом твердо шагает по длинной посыпанной гравием дорожке к пропускному пункту.

Часовой хмуро взглянул в их фальшивый пропуск, затем долго, кажется целую вечность, пристально изучал обоих – и наконец произнес волшебные слова: «Ja, danke» – и выпустил Ежи и Цилю на свободу.

Узники Освенцима мрачно шутили, что сбежать оттуда можно только через дымоход. Наша пара оказалась в числе тех немногих, кому удалось проскользнуть в боковую дверь.

Read more... )
nyat: (Buchenwald survivors kids)
And if one in ten could be that brave
I would never hate again.

(an old ballad)

Ежи Белецкий был одним из тех людей, что нигде не пропадут. Ежи Белецкий был одним из тех немногих, кому удалось бежать из Освенцима. Ежи Белецкий был единственным, кто сделал это открыто, через дверь, и в компании дамы сердца. 21 июня 1944 года заключенный номер 243 Ежи Белецкий и заключенная номер 29558 Циля Цибульская вышли из ворот Освенцима и неспеша удалились в неизвестном направлении.

Ниже я просто переведу отличную заметку авторства The Associated Press о Ежи и Циле, опубликованную пару лет назад, с попутными комментариями из других источников.




(AP) Чем ближе к воротам, тем увереннее он был, что его застрелят.

21-е июня 1944 года. Ежи Белецкий, переодетый офицером СС, среди бела дня ведёт через концлагерь Освенцим свою подружку еврейку Цилю Цибульскую. Колени его подгибаются от страха, а он при этом с суровым видом твердо шагает по длинной посыпанной гравием дорожке к пропускному пункту.

Часовой хмуро взглянул в их фальшивый пропуск, затем долго, кажется целую вечность, пристально изучал обоих – и наконец произнес волшебные слова: «Ja, danke» – и выпустил Ежи и Цилю на свободу.

Узники Освенцима мрачно шутили, что сбежать оттуда можно только через дымоход. Наша пара оказалась в числе тех немногих, кому удалось проскользнуть в боковую дверь.

Read more... )
nyat: (Default)
    «У большинства людей есть кладбища, куда можно прийти к родителям, а у меня – Освенцим. Я сочинила песню для моих родителей и спела ее там. Это не просто песня, это молитва, моя собственная поминальная молитва по ним. Понимаете, там в этом страшном месте, в Освенциме, я рядом с мамой и папой.»


Вдогонку к истории о «Святом Людовике» вот еще рассказ о судьбе одной из самых маленьких его пассажирок. Юдит Коппель было 14 месяцев во время того путешествия. Это фотография семьи Коппелей на палубе «Сент Луиса» в мае 1939 года: Ирмгард Коппель – мать Юдит, Иосиф Коппель – ее отец, и дедушка Якоб держит ее на руках:



Read more... )

November 2013

S M T W T F S
      1 2
34 56789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Oct. 24th, 2017 04:07 am
Powered by Dreamwidth Studios